· 

Ролло Мэй в цитатах

 

Ролло Мэй - американский священ-ник, ставший психотерапевтом, а затем и философом - один из ведущих представителей экзистен-циального направления гуманисти-ческой психологии, посвятил себя изучению любви, тревоги и путей самореализации человека.

 

Сегодня, в день его рождения, перед вами его цитаты:

 

Если мои дьяволы оставят меня, то, боюсь, мои ангелы тоже разлетятся кто куда.

 

Ревность характерна для отношений, в которых человек ищет скорее власти, чем любви.

 

Плейбой просто перенес фиговый листок с гениталий на лицо.

 

Родитель, который пытается проявлять любовь, будучи уверен, что любовь есть отказ от применения силы, станет объектом манипуляции со стороны ребенка. Часто родитель, уже припертый к стене, будет мучаться сильнее и чувствовать себя более виноватым из-за чувства обиды по отношению к ребенку, и, в конце концов, в этом порочном круге, он может восстать на ребенка в ярости со всевозможным насилием. Семьи, лишенные должной структуры, действуют, уповая на любовь без силы, что приводит к развитию детей без корней, которые позже упрекают своих родителей в том, что они никогда не говорили им "нет".

 

С торжеством "свободной" любви все разучились любить; свобода принесла нам не освобождение, а новое рабство.

 

Сексуальной свободе, которой все мы поклоняемся, явно не хватает человечности.

 

Случаи насилия наиболее вероятны между людьми, имеющими тесную эмоциональную связь, которые поэтому легко могут ранить друг друга.

 

Стремление быть всегда хорошим превращает человека не в этического исполина, а в самодовольного педанта.

 

Наиболее опасной комнатой, в смысле вероятности совершения в ней убийства, является спальня.

 

Насилие и общение исключают друг друга. Проще говоря, с тем, кто является вашим врагом, говорить невозможно, но если вы все же способны общаться с ним, он перестает быть врагом.

 

Мы будем сталкиваться вспышками насилия до тех пор, пока людям будет недоставать значимых переживаний. Каждому человеку необходимо чувство значимости, и если общество не может дать его человеку, или хотя бы предоставить возможность стать значимым, то это чувство будет достигаться деструктивными способами.

 

В библиотеках колледжей полки ломятся от книг, которые были написаны, потому что были написаны другие книги, те в свою очередь потому что были написаны другие книги содержание в них "питательных веществ" становится все меньше и эфемернее, пока, наконец, книги не начинают казаться не имеющими ничего общего с преклонением перед истиной, но написанными ради одного статуса и престижа.

 

Тот факт, что добро и зло находится в каждом из нас, лишает нас всех права на моральное высокомерие. Никто не вправе настаивать на своем моральном превосходстве. И это ощущение ограничения дает начало возможности прощения.

 

Насилие — это симптом. Болезнь может проявляться как бессилие, отсутствие собственной значимости, несправедливость — короче, это убежденность индивида, что он не является в полной мере человеком, и ему некуда приткнуться в этом мире.

 

Невинность - это великодушие, особенно у детей, сохраняющих способность верить и доверять другим поскольку им еще только предстоит пережить опыт предательства, который приводит к цинизму.

 

Требование удостоверить личность психологически равноценно требованию раздеться — оно заставляет человека, которому уже показали, что он здесь подчиненный, почувствовать еще большее унижение.

 

Я ни разу не присутствовал при массовых беспорядках, однако стоит мне увидеть толпу полицейских, как у меня возникает странное желание взбунтоваться, будто именно этого от меня хотят и ожидают. В таких действиях есть элемент подстрекательства: скопление полицейских сверх определенной меры лишь укрепляет убежденность людей в том, что взрыв неизбежен.

 

Человек неспособен долго существовать без хотя бы какого-то чувства собственной значимости. Обретает ли он его, стреляя в первого встречного на улице, занимаясь конструктивным трудом, бунтуя, бредя в психиатрической клинике или предаваясь наполеоновским фантазиям, он должен чувствовать, что что-то значит и быть способным реализовать эту ощущаемую значимость в жизни. Именно отсутствие такого чувства значимости и борьба за то, чтобы его обрести, стоит за множеством проявлений насилия.

 

Мы можем "переживать эмоции" и вступать в половые отношения до второго пришествия и никогда не ощутить подлиной связи с другим человеком, разве что и вправду случится второе пришествие. Ситуация не становится менее ужасной от понимания того, что очень много людей, если не большая часть нашего общества, ощущают такое вот одиночество. А поскольку чувства делают их одиночество ещё более болезненным, то они перестают их испытывать.

 

Искренний смех – это признак душевного здоровья, приглашение к дружелюбию, прямое доказательство распахнутого отношения к жизни.

 

Еще по теме

Оставить комментарий

Комментарии: 0